Девушка села за стол и задумчиво попраавила прядь медовых волос. Нужно было дотошно вспомнить весь день, чтобы потом доверить его бумаге. Может это было старомодно и не очень разумно, но она любила шелест бумаги под пальцами, скрип карндаша. Но девочка не очень умела рисовать и ей нужно было писать, писать без остоновки, чтобы эти звуки не прекращались.
Итак... Начать стоило с утра.
Утро было серым. В девять чесов семнадцать минут её разбудил какой-то идиот, продающий сахар. У них в деревне всё время что-то продавали.
- Хозяева! Хозяева!
Девушка высунулась из окна, потирая глаза и прикрываясь занавеской.
- Да сбрызнете вы! Ничего нам не нужно!
- Девушка, а взрослых можно?
Так он надрывался ещё минут пять, а девушка, лёжа в постели жалела, что у неё нет ружья.
Потом она всё же заснула. До часу дня. Последнее время она любила отсыпаься.
И полетели домашние заботы. Корнфлекс с вареньем и апельсиновым соком, сбор клубники. Клубнику девочка очень любила. Собирала, поедая при этом больше половины.
Потом одела топик поверх футболки и миллион браслетов. Мама говорит, что она одевается в последнее время, как хиппи.
- Мир тебе! - улыбнулась она отражению, подняв два пальца в знаке Виктории.
И наконец выбежала из дома.
На улице мягко светило солнце. Мельком гляну на калитки напротив - те, за которыми жили Паша (гад), Лёша и Дима - она попросту направилась гулять. Потом был долгий день - солнечный и не очень. Хорошо, что в кармане нашлись измятые десять рублей и в местном магазинчике купила мороженного. Девочка очень любила мороженное. Ела его долго, облизывая со всех сторон и давольно щурясь.
Филлер подкрался незаметно. Вечером. В лице резвой девочки Няси (прозвище, конечно) десяти лет от роду. Точнее, её высказывания.
- Знаешь, я думая, ты нравишься Игорю.
Девочка отпала.
Игорь.
Одиннадцатилетниц дуб. Отсутствие интелекта можно прочесть сразу - по глазам. Девушка не очень хорошо разбиралась в людях, но некоторые просты настольк, что в них и разбирасть не надо - всё и так понятно. Итак, бешеный наив в смеси с пошлостью незнам кого. И полное не понимае тонкоствей. А ещё рост под сто семьдясят и легкая блондинестость. Да - чуть не забыла - безкомпромисная уверенность в своей привлекательности....
- Зря думаешь. - Девочка насупилась.
"Почему они все так любят говорить про любовь и привязонности, и видеть их там, где их нет? Неужели нельзя прожить не вздыхая ни о ком ночью и не чеша языки, про кого вздяхает другой?"
Девочка сама не заетила, как на бумагу упала слезинка.
В наушниках играл Аквариум - охота на единорогов. Девочка сама сейчас напомнила себе единорога, за которым охотятся, хотят отпилить рог и сделать обычной лошадью - такой же, как все.
Она потрясла головой и закрыла тетрадь.
"Хватит на сегодня. Скучный день..."
Скука - одна из тех вещей, которые девочки не любила. Она нагонялагрусть, которую девочна не любила ещё больше.
Свет закатного солнца играл с волосами.
"А жизнь-то продолжается..."